Abstract
<jats:p>В представленной работе исследуется вопрос, в какой мере практики искусственного интеллекта в музыке продолжают линию формализации композиторского процесса, сложившуюся в XX веке. Цель работы – обосновать понимание искусственного интеллекта не как стороннего автора, а как техники композиции, соизмеримой с историческими способами организации музыкального материала. Методологическая рамка сочетает постструктуралистскую оптику авторства (Ролан Барт, Мишель Фуко) и дихотомию рационального и чувственного начала (Александр Соколов). Аналитическая часть охватывает пять техник композиции прошлого столетия: серийность/сериализм, алеаторику, стохастику, минимализм и политехнику. Для их сопоставления фиксируются три наблюдаемые категории: алгоритмичность (степень явной процедурной заданности), генеративность (режимы порождения) и управляемость (уровни и способы контроля параметров). Проведенный анализ опирается на конкретные произведения: для серийной техники – Вариации op. 27 Антона Веберна; для управляемой алеаторики – «Музыка перемен» Джона Кейджа; для стохастики – Achorripsis Янниса Ксенакиса; для минимализма – Piano Phase Стива Райха; для политехники – опера «Ер-Тостик» Александра Маноцкова. Выявлено, что серийная техника задает максимальный уровень управляемости через заранее фиксированные операции над рядом; управляемая алеаторика встраивает случайность в систему правил; стохастика переводит случайность в стадию сочинения и калибрует ее статистически; минимализм демонстрирует генеративность из простых процедур; политехника интегрирует разнородные техники в едином процедурном ядре. Полученные результаты позволяют заключить, что современные модели искусственного интеллекта радикализуют уже присутствующие в музыкальной практике принципы (работу с правилами, вероятностными профилями и процессуальностью) и тем самым задают продуктивное поле для дальнейшей рефлексии и внедрения в академическую композиционную практику Казахстана.</jats:p>