Abstract
<jats:p>Статья посвящена изучению вопросов сложения образа осетинской богини Мады Майрам, занимающего особое положение в осетинском пантеоне как единственный женский образ. Актуальность рассматриваемой проблемы в контексте отмеченного положения заключается в отсутствии привлечения и анализа материальных памятников средневекового периода. Научная новизна работы определяется соответствующим привлечением изобразительных памятников аланской археологии. Целью работы является фиксация семантики композиций изобразительных памятников, их антропоморфных персонажей в корреляции с данным фольклорно-этнографических исследований и в контексте алано-осетинской культурно-исторической преемственности. В ходе исследования применялись методы визуального анализа изобразительных памятников, первичного опознавания составляющих образы признаков. Проведенное исследование на основании привлеченных и проанализированных материалов позволяет полагать вероятным, что в ходе сложения образа богини наблюдались различные хронологически и по своему содержанию этапы его формирования в процессе взаимодействия традиционных представлений алан с христианским источником. Первый этап, представленный в образцах амулетов, относится к периоду до официального принятия северокавказской Аланией христианства и полагает процесс адаптации христианского женского образа к представлениям местного населения о своей Великой богине в одной из ее ипостасей. Христианская иконография способствовала антропоморфному воплощению ее образа. Второй (христианский) этап мог заключаться в процессе христианского воздействия на уже сложившийся антропоморфный образ местной богини. Но данное воздействие на ее образ не привело ни к кардинальному его изменению, ни к его замене на сам образ Богоматери, что свойственно и образу осетинской Мады Майрам. Потенциал такого положения привел в некоторых случаях к сохранению образа богини в пантеоне даже в условиях патриархального склада традиционного осетинского общества.</jats:p> <jats:p>The article is devoted to the study of the image of the Ossetian goddess Mady Mayram, who occupies a special position in the Ossetian pantheon as the only female image. The relevance of this problem in the context of this situation lies in the lack of analysis of material monuments from the medieval period. The scientific novelty of this work is determined by the corresponding inclusion of figurative monuments of Alanian archaeology. The purpose of this work is to document the semantics of the compositions of these figurative monuments and their anthropomorphic characters in correlation with folklore and ethnographic research and in the context of Alanian-Ossetian cultural and historical continuity. The study utilized methods of visual analysis of figurative monuments and the initial identification of the features that comprise the images. Based on the materials used and analyzed, this study suggests that the development of the goddess's image involved various stages of formation, chronologically and in terms of content, as traditional Alanian beliefs interacted with Christian sources. The first stage, represented in amulets, dates to the period before the official adoption of Christianity by North Caucasian Alania, and involves the adaptation of the Christian female image to the local population's conception of their Great Goddess in one of her incarnations. Christian iconography facilitated the anthropomorphic embodiment of her image. The second (Christian) stage may have involved Christian influence on the already established anthropomorphic image of the local goddess. However, this influence on her image did not lead to a radical change or to its replacement with the image of the Mother of God, which is also characteristic of the image of the Ossetian Mada Mayram. The potential of this situation led, in some cases, to the preservation of the goddess's image in the pantheon even within the patriarchal structure of traditional Ossetian society.</jats:p>